Весь мир — театр, а люди в нем — актеры
Александр Родченко родился в 1891 году в Санкт-Петербурге в семье театрального бутафора, человека, ответственного за создание реквизита. Раннее детство он провел в казенной квартире на верхнем, чердачном этаже театра, где служил отец. В автобиографии Родченко вспоминал: «Я вырос в искусственном мире, иногда играл в спектакле, когда нужно было ребенка. Первый пейзаж я увидел на сцене, первые цветы сделал отец. Я был уверен, что весь город состоит из театров и в каждом из них течет такая же жизнь, как у нас». В 1902 году семья переехала в Казань, где Родченко стал вольнослушателем Казанской художественной школы. Самое сильное откровение того времени — картина «Вий» в Казанском музее. «Она решила мою жизнь. Живопись… Это тоже куклы, и как живые, и можно выдумывать, что хочешь, и это всё — и театр, и актеры, и декорации, и всё можешь сделать один…» В 1914 году в Казань с выступлениями приезжают футуристы, в частности Маяковский, и начинающий живописец, увлекающийся Гогеном и мирискусниками, понимает, что хочет связать свою жизнь с футуристическим направлением. В следующем году Родченко переехал в Москву, где через общих друзей познакомился с лидером русского авангарда Владимиром Татлиным, оказался в самой гуще литературно-художественной жизни столицы.
Советская художественная промышленность
Россия той эпохи была полна чарующих надежд и исполинских замыслов: грандиозный проект электрификации, планы ликвидации безграмотности населения, новая поэзия Маяковского и Хлебникова, театральные открытия Станиславского, Вахтангова и Мейерхольда, оригинальные проекты художника Татлина, включая его знаменитую модель вращающейся башни, — памятника Третьему интернационалу — все это свидетельствовало о приближающемся долгожданном переустройстве мира. Вместе с единомышленниками, объявившими лозунг «Искусство в производство», Родченко оформлял первые советские демонстрации, делал плакаты, стяги, знамена. Он считается одним из идеологов конструктивизма — направления в искусстве, где форма полностью сливается с функцией. Кроме того, первым в СССР он начал делать фотомонтажи, которые использовались для иллюстраций журнала «Кинофот», а также в плакатах к фильмам Дзиги Вертова «Шестая мира» и «Кино-глаз», Эйзенштейна «Броненосец Потемкин». Поэтому Маяковский, познакомившийся с Родченко на одном из вернисажей, попросил его сделать коллажи для своей поэмы «Про это».
Творческое объединение «Реклам-конструктор»
Вскоре Маяковский предлагает Родченко, который уже создал визуал для слогана «Тот негражданин СССР, кто «Добролета» не акционер», делать рекламные макеты для ГУМа: «Английский табак», «Голландское масло», «Отделение для женщин», «Часы Мозера». Творческому предприятию была дано название «Реклам-конструктор «Маяковский — Родченко». Поэт придумывал рифмованный лозунг: «Нет места сомненью и думе. Все для женщин только в ГУМе», художник развивал эту мысль, иллюстрируя плакат туфлями, шляпками, зонтами, духами, перчатками. «Володя писал вечером, стоя у рояля в квартире Бриков на Водопьяном переулке, днем брал заказы и сдавал. Я с двумя студентами рисовал до утра. Это был ажиотаж — не из-за денег, а чтобы продвинуть новую рекламу всюду, — вспоминал Родченко. — Вся Москва украсилась нашей продукцией. Вывески Моссельпрома, Госиздата, Резинотреста, ГУМа, Чаеуправления. Все киоски наши».
Мастер на все руки
Относясь к разряду деятельных творцов, Родченко занимался всем, на что хватало энтузиазма, времени и сил: создавал декорации и костюмы для спектаклей, преподавал в свободных художественных мастерских, оформлял советский павильон на Всемирной выставке в Париже. Сформировавшийся большой художник, он приобрел собственную фотокамеру и начал развиваться в новом направлении искусства. Близкий друг Маяковского и Бриков, он создал самые знаменитые фотопортреты этих легендарных личностей. В 1930-е годы Родченко имел репутацию главного фотографа в стране. В фотоискусство он привнес идеи конструктивизма, через линии и плоскости показывая в снимке пространство и динамику. Его изобретениями стали ракурс «снизу вверх» и «сверху вниз», а также диагональная композиция — одни из самых популярных сегодня приемов в ту эпоху, когда фотографии делались в статике и предмет для них располагался прямо напротив камеры, выглядели революционно. Со временем он превратился в адепта пролетарской эстетики. Его снимки физкультурных парадов — апофеоз социалистического реализма и источник вдохновения для молодых живописцев, в частности Александра Дейнеки, который был его учеником.
