Не думал ни о чем, кроме еды
Ценитель изысканных удовольствий, он знал толк в хорошей еде. Вопросы, связанные с этой темой, пронизывают всю жизнь и творчество Оскара Уайльда. Он родился в Ирландии и вырос в доме своего отца, доктора Уильяма Уайльда, известного глазного хирурга, который открыл собственную офтальмологическую клинику. Финансирование клиники, а также обеспеченный образ жизни семьи были возможны благодаря состоянию, которое доктор Уайльд сколотил на прибыльной торговле сахаром. С матерью будущего писателя, блестяще образованной аристократкой, поэтессой, знавшей десять языков, и амбициозной политической активисткой, отец познакомился на митинге, посвященном нехватке продовольствия, главным образом картофеля, что послужило причиной голода для ирландского крестьянства. В 1852 году они поженились, через год у них родился первенец, а в 1854 году — младший сын, Оскар Уайльд. Давая характеристики своим сыновьям, мать писала в дневнике: «Оскар — большой, крепкий младенец, который не думает ни о чем, кроме еды». Семья Уайльдов олицетворяла элиту Дублина. Доктор сделал карьеру придворного врача, лечил в Париже императора Наполеона III, а также был окулистом королевы Виктории. В 1855 году семья переехала в фешенебельный район Дублина, в большой просторный дом, который стал самым популярным в дублинском обществе. Мать Оскара Уайльда создала литературный салон, где по субботам собирался весь свет: политики, профессура, писатели, журналисты. Хозяйка встречала гостей в ниспадающих эллинских одеяниях, артистически декламировала Эсхила и с гордостью демонстрировала гостям свое главное достижение — сыновей.
Чаепитие в высшем свете
Первые десять лет Оскар получал домашнее образование, проявляя интерес к языкам, литературе и античному миру, затем его отправили в Королевский колледж Портора в Ольстере. В 12 лет он лучше всех учащихся знал греческий и латинский языки, свободно переводил Платона и Вергилия. Благодаря блестящей учебе Оскар получил право на стипендию в Тринити-колледже в Дублине, а затем и в самом престижном университете Англии. От матери он перенял ощущение, что человеческая личность — это художественное произведение. Он применил эту идею на практике, когда уехал из Дублина, поступив в Оксфорд, где избавился от ирландского акцента и стал носить бархатные пиджаки с зеленой гвоздикой в лацкане, лимонного цвета перчатки, короткие штаны-кюлоты, шелковые чулки. Он непрерывно сыпал парадоксами и экстравагантными умозаключениями: «Я всегда очень дружески отношусь к тем, кто мне безразличен», «Мне нравится говорить ни о чем — это единственное, в чем я разбираюсь», «Я живу в постоянном страхе, что меня поймут правильно», «Весь мир — сцена, но спектакль выходит скверный, ибо роли распределены из рук вон плохо». Юные аристократы были без ума от его остроумия. Однако роль лидера оксфордских эстетов вовсе не была его целью. Он уже тогда говорил полушутя: «Уж каким-нибудь образом я непременно стану знаменит. А если не знаменит, то скандально известен». После окончания университета он обосновался в Лондоне, куда к нему переехали мать и брат — отец к тому времени по роковым стечениям обстоятельств обанкротился и ушел из жизни. Вместе с матерью они много трудились на писательском поприще — занимались переводами, журналистикой и редактурой, что позволило им заработать денег и открыть литературный салон — всюду были персидские ковры, драпировки из бархата, изысканная мебель. В пьесе «Женщина, не стоящая внимания» Оскар Уайльд словами персонажа утверждает: «Чтобы попасть в высшее общество, нужно либо кормить людей, либо развлекать их, либо шокировать. Человек, который может доминировать за лондонским обеденным столом, может доминировать в мире». Разумеется, в претенциозной обстановке литературного салона практиковали традиционное английское чаепитие с маффинами и пирожными. У Оскара Уайльда была болезненная любовь к роскоши и несколько болезненное отвращение к добронравию, к традиции, к английскому здравому смыслу. В пьесе «Как важно быть серьезным» герои Оскара Уайльда спорят, совместимо ли поедание маффинов с серьезными переживаниями, и сходятся на том, что никакие потрясения маффинам не помеха.
Поэтическая настойка и шахтерский виски
После того как в 1881 году Оскар Уайльд большим тиражом выпустил сборник изящных стихов, этот денди в артистичном костюме стал не только проповедником высшего откровения, но также новым провокационным символом культуры и искусства. Однажды он написал издевательское эссе о либреттисте Гилберте, авторе текстов популярных британских оперетт композитора Салливана. Гилберт был так возмущен, что в ответ написал новую, сатирическую оперетту, героем которой стал, по выражению автора, «огромный простофиля-дэнди» (Уайльд был очень высоким человеком) — воплощение «лживости и болтливого нарциссизма». Когда оперетта добралась до бродвейских театров, Уайльду предложили совершить тур по Америке. Ему было всего 27 лет, и он еще не написал ни романа «Портрет Дориана Грея», ни прелестных комедий («Идеальный муж», «Веер леди Вандермеер», «Как важно быть серьезным»), ни даже повести «Кентервильское привидение». Однако в Америке его встречали как звезду, и тур, рассчитанный на четыре месяца, растянулся на год. В Нью-Йорке он засветился в нескольких салонах, а также по рекомендации актрисы Сары Бернар был представлен известному фотографу Наполеону Сарони — и тут же пустил по городу свой портрет. Изображение было так выразительно, а образ так аристократичен и загадочен, что его не только раскупала публика, но по прошествии всего полугода торговцы вовсю использовали в рекламе сигар, часов и прочих принадлежностей истинного джентльмена. В начале тура он съездил в имение Уолта Уитмена, куда пожилой классик пригласил его «распить бутылочку настойки из черноплодной рябины», а в конце пил виски с компанией рабочих серебряных рудников, забавляя их рассказами. Изящный британец имел успех у самой разной публики. Репортеры сопровождали его повсюду.
— Это правда, — выкрикнул один, — что вы ходили по Пикадилли с развевающимися локонами и с букетом лилий?
— Неважно, ходил я или нет, — ответил Уайльд. — Важно то, что люди верят, будто я ходил.
Утка, трюфель, багет и абсент
Новый Свет был покорен, Оскару Уайльду прощали даже обидные шутки: «Америка, — говорил он, — единственная страна, которая перешла от варварства к декадансу, минуя цивилизацию». Уайльд шутил: «Если хотите сказать людям правду, заставьте их смеяться. А не то они вас убьют». Никто до Уайльда не использовал прессу с такой ловкостью ради собственного пиара. Проведя год в Америке, он вернулся в Лондон и сразу же отправился в Париж, где познакомился с ярчайшими фигурами мировой литературы — Полем Верленом, Эмилем Золя, Виктором Гюго — и без особых трудностей завоевал их симпатии. Завсегдатай ресторанов, он полюбил французскую кухню — дикую утку с апельсинами и сливовым соусом на основе красного вина, котлеты «Ментенон» с трюфелем, красную кефаль, зеленое масло с багетом. Вернувшись в Лондон, он выгодно женился, стал отцом и семьянином, автором скандально известных произведений — романа «Портрет Дориана Грея», пьес «Саломея» и «Как важно быть серьезным», в которой затрагивается тема гастрономии, в частности упоминается сэндвич с огурцом. Популярен исторический анекдот: однажды писатель попросил приготовить подобный бутерброд в ресторане. То, что в итоге ему принесли, находилось настолько далеко от идеала, что Уайльд сказал: «Я заказывал сэндвичи с огурцом, а не буханку хлеба с грядкой посередине».
Слава селебрити, основанная на озорстве и эпатаже, быстро заканчивается, когда искушенность всеми благами жизни переходит в развращенность и распущенность. Закат карьеры Оскара Уайльда был громким и трагическим — суд, тюрьма, последние дни в забвении и бедности в Париже. В пьесе «Как важно быть серьезным» герой говорит: «Когда я в беде, еда — единственное, что меня утешает. На самом деле, когда я действительно в большой беде… я отказываюсь от всего, кроме еды и питья». Последним его утешением стал напиток парижской богемы — абсент — идеальная пара для зеленой гвоздики в лацкане пиджака самого знаменитого в мире денди.
