Обитатели вечной ночи
В глубинах на тысячи метров давление в сотни раз превышает атмосферное, температура редко поднимается выше 4 °C, и это то самое место, в котором эволюция лихо экспериментировала с методами адаптации. Здесь, в вечной тьме, выживают те, кто способен прекрасно существовать в экстремальных условиях. Среди самых удивительных созданий океанских бездн — рыба-капля (Psychrolutes marcidus). Ее желеобразное тело, лишенное чешуи и развитой мускулатуры, обладает плотностью, близкой к воде, что позволяет ей парить почти без усилий. Эта уникальная адаптация — результат жизни в среде, где каждое движение требует огромных затрат энергии. Отсутствие плавательного пузыря (который не выдержал бы чудовищного давления) и характерное «грустное» выражение ее физиономии — всего лишь особенность анатомии, помогающая рыбе-капле жить в одном из самых негостеприимных мест на планете. Еще более удивителен меланоцет Джонсона, или черный дьявол, или глубоководный удильщик (Melanocetus johnsonii). Самки этого вида охотятся с помощью биолюминесцентной «удочки» (иллиция), свечение которой создают симбиотические бактерии. В абсолютной тьме, где зрение почти бесполезно, этот мерцающий огонек становится для мальков роковым маяком, заманивающим их прямо в пасть хищницы. В глубоких водах Марианской впадины примерно на отметке восьми километров уже будто бы слышны дыхание и стенания планеты. И именно здесь прекрасно себя чувствует абиссобротула (Abyssobrotula galatheae) — одна из немногих рыб, способных выдерживать давление свыше 1000 атмосфер. Ее тело насыщено особыми белками-стабилизаторами, предотвращающими разрушение клеток. Рекорд глубины пока не побит — эта рыбеха уверенно занимает свое место в Книге рекордов Гиннесса. Хрупкость экосистем Мирового океана пугает: даже единичное протаскивание глубоководного трала уничтожает сообщества, формировавшиеся тысячелетиями. Рыба-капля, невольная и крайне несимпатичная интернет-знаменитость, страдает от донного промысла, удильщики и другие представители морской фауны массово гибнут в сетях.
Глубоководная медуза-невидимка (Bathykorus bouilloni) довела прозрачность своего тела до совершенства. Купол, на 95 процентов состоящий из воды, делает ее практически невидимой. А недавно открытый вид гигантской медузы Deepstaria enigmatica, способной менять свою форму, и вовсе обходится без щупалец — все ее тело является «живой» ловчей сетью.
Реквием по кораллам
За последние полвека океан лишился почти половины своих коралловых рифов — в этой безмолвной катастрофе наука и искусство становятся союзниками: первая скрупулезно отслеживает и констатирует горькие факты, второе — заставляет нас задуматься об этой глобальной проблеме через провокационные перформансы. Один из недавних случился в мае — Сиднейский оперный театр на несколько вечеров превратился в храм скорби. Anohni — певица, чьи работы уже два десятилетия звучат как реквием по утраченной природе, — вместе со своим коллективом Antony & the Johnsons представила проект Mourning the Great Barrier Reef. Под ее ангельское контральто (такое же хрупкое, как и сами кораллы) на экране сменялись кадры: еще живые, переливающиеся всевозможными цветами рифы и их мертвенно-белые скелеты. Между песнями из альбома My Back Was a Bridge for You to Cross звучали голоса ученых. «Мы опоздали», — признавался 85-летний биолог Энтони Ларкум, для которого гибель рифа стала личной трагедией. Связь Anohni с Австралией началась в 2013 году, когда певица помогала кочевому народу марту, проживающему на протяжении 40 тысяч лет в пустыне Пилбара и чья культура является одной из старейших в мире, бороться против уранового рудника. Позже, посетив Большой Барьерный риф, она была потрясена его состоянием. Удивительно, но занимая менее 1 процента океанского дна, коралловые рифы поддерживают 25 процентов морской жизни. Это настоящие города, в которых рыбы-клоуны находят защиту от опасностей, морские коньки — «беременные отцы» вынашивают потомство, рифовые акулы следят за балансом, будто строгие градоуправители. Это самые биоразнообразные экосистемы планеты, сравнимые по сложности с амазонскими джунглями. Anohni не переставая декламировала со сцены: «Повышение температуры океана всего на 1—2 градуса приводит к обесцвечиванию кораллов — процессу, при котором они теряют свои цветные водоросли и начинают голодать». Коралловые колонии Большого Барьерного рифа видны из космоса — их длина составляет примерно 2300 километров, возраст отдельных частей превышает 20 тысяч лет. Несмотря на угрозу, надежда на спасение подводных джунглей есть: в Австралии, на Фиджи и в Карибском бассейне успешно реализуются проекты по восстановлению рифов. Биологи выращивают молодые полипы в специальных питомниках, а затем пересаживают их на поврежденные участки, используя инновационные методы, такие как электроминерализация, ускоряющая рост известковых структур.
Рифы — это еще и естественные волнорезы, снижающие разрушительную силу цунами. Вещества из губок и кораллов используют в качестве биологических добавок пациентам, страдающим от онкологических заболеваний и ВИЧ, а по состоянию «подводных городов» ученые судят о здоровье Мирового океана в целом.
Подводный ренессанс
В бескрайних просторах Мирового океана осталось не так много мест, в которых подводные обитатели могут жить, не сталкиваясь с разрушительным влиянием человека. Морские заповедники — это своеобразные национальные парки, здесь запрещено промышленное рыболовство, добыча полезных ископаемых, массовый туризм, здесь жизнь продолжается по древним законам природы. Одним из самых впечатляющих примеров морских заказников является Галапагосский морской заповедник — второй по величине в мире и, пожалуй, самый удивительный по своему биоразнообразию. Здесь морские игуаны, единственные в мире ящерицы, приспособившиеся к жизни в океане, греются на вулканических камнях после подводных прогулок. В прозрачных водах резвятся галапагосские пингвины — самые северные представители своего вида, редкие китовые акулы размером с двухэтажный лондонский автобус и такие невероятные обитатели, которых только предстоит изучить науке. Среди них глубоководные беспозвоночные, мелкие ракообразные, морские черви, некоторые виды рыб. Под защитой находятся не только уникальные виды животных, но и целые маршруты — миграционные пути китов и скатов манта. В другой части Тихого океана, у Гавайских островов, раскинулся морской парк с замысловатым для русского уха названием Папаханаумокуакеа — дом для огромного числа морских животных, в том числе древних черных кораллов, возраст которых превышает 4000 лет. Такая продолжительность жизни делает их старейшими среди морских организмов планеты. Заповедник находится под защитой ЮНЕСКО, и природа демонстрирует в ответ на заботу удивительную щедрость: по данным исследований, через 5—10 лет после организации заповедника количество рыбы в прилегающих водах увеличится в среднем в шесть раз. У берегов Коста-Рики находится необитаемый остров Кокос, который Жак Ив Кусто назвал «самым красивым местом в мире». Его подводные горы, покрытые коралловыми садами, являются ареалом обитания для косяков рыб-молотов и марлинов, развивающих скорость до 100 километров в час, барракуд и горбатых китов, мурен, морских черепах и осьминогов, которые скорее будут изучать вас, чем вы их — любопытства эндемикам не занимать!
В ледяных водах Антарктики расположен Морской заповедник моря Росса — самый большой в мире (1,55 млн км²). Здесь императорские пингвины ныряют на глубину 500 метров, а под шельфовыми ледниками скрываются уникальные экосистемы, не тронутые человеком.
Чудеса глубоководные
Океан хранит больше секретов, чем все континенты вместе взятые. Его глубины скрывают явления, бросающие вызов законам физики, и создания, чье поведение и внешний вид ставят в тупик ученых. Жуткие «песни» из бездны, опасные ледяные щупальца, подводные реки с берегами, акулы с зашкаливающим тестостероном — Мировой океан продолжает удивлять нас, напоминая, как мало мы на самом деле знаем о своей планете.
Звуки из бездны
В 1997 году гидрофоны зафиксировали «Рев» — один из самых громких звуков в истории, распространившийся на 4800 километров. Ученые до сих пор спорят о его происхождении: гигантский неизвестный организм или трескающийся ледник? Двумя годами позднее «поймали» звук «Джулия». Третий — «Поезд» из холодного моря Росса, похожий на грохот сошедшего с рельсов состава. Записанные в разных точках Мирового океана, они порождают теории о формах жизни или геологических феноменах, выходящих за рамки нашего понимания.
Ледяной «щупалец»
Брайникл, или «морская сосулька», — одно из самых жутких явлений полярных вод. Это не просто лед в привычном понимании. По сути, это поток очень холодного перенасыщенного соляного раствора. Представляя особую форму сталактита, он растет от поверхности ко дну. При контакте с ним мгновенно замерзает все живое. Он буквально создает ледяные кладбища из морских звезд, ежей и даже рыб, попавших в его смертоносную ловушку. Образующиеся при смешении пресной и соленой воды, брайниклы встречаются в Арктике и Антарктике.
Течет река
На дне Датского пролива находится самый высокий водопад на Земле (3505 метров), возникший из-за разницы температур между холодными водами Гренландского моря и более теплыми течениями моря Ирмингер. Всего же в мире ученым удалось обнаружить семь подводных потоков. А в Черном море течет полноценная подводная река с берегами и порогами, чья скорость достигает 6,5 км/ч. Если бы она протекала по поверхности, то входила бы в десятку самых полноводных рек, опережая Темзу и Днепр.
Граница двух морей
В датском городе Скаген Балтийское и Северное моря встречаются, но не смешиваются. Их воды отличаются по плотности, что создает четкую видимую границу. В 2018 году спутник NASA сделал снимки этого феномена в инфракрасном спектре, подтвердив, что разница температур морских вод достигает 3—5 °C. Гидрологический барьер настолько устойчив, что даже штормы не могут полностью разрушить его — потоки перемешиваются у поверхности лишь на время, но быстро восстанавливают линию «раздела».
Токсичный сад
В Мексиканском заливе на глубине чуть больше трех километров раскинулись необычные «цветущие» оазисы. Это холодные просачивания, или холодные жерла — места, где из-под земли исходят метан, сероводород и другие химические соединения. В такой, казалось бы, неблагоприятной среде обитают хемосинтезирующие бактерии. Они поглощают токсичные вещества и производят энергию, становясь пищей для других организмов: гигантских трубчатых червей, моллюсков, крабов и актиний.
Документальный сериал «Голубая планета — 2» (BBC, 2017), обладатель двух премий Emmy и BAFTA — один из самых авторитетных кинематографических проектов об океане. Снятый с использованием революционных подводных технологий, он раскрывает малоизвестные явления, в том числе брайниклы — те самые «ледяные сосульки», которые команда впервые засняла в реальном времени.
Фото: Андрей Кузьмин, Voislav Kolevski, Galih Wisnu, James Blinn, Михаил Дударев, Cornelis Opstal, Giovanni Gagliardi, Svetlana Day
