Здесь американского писателя Вашингтона Ирвинга обобрали до нитки, после чего Юг ему стал не в радость, так как бандиты мерещились повсюду. Они и были повсюду: мафия в Италии — реальная, а не номинально государственная с ее бессильной полицией, власть. Всем известна сицилийская Коза Ностра — спасибо Пьюзо, Копполе, Брандо! В Неаполе со времен Бурбонов правит другая структура — каморра. Десять лет назад неаполитанский журналист и писатель Роберто Савиано написал бестселлер о неаполитанской мафии «Гоморра». Преступная организация вынесла ему смертный приговор — с тех пор автор книги, переведенной на 42 языка в мире, находится под опекой итальянского правительства и вынужден постоянно скрываться. В интервью журналам он рассказывал, что в Неаполе существует сотни бандитских кланов от мелких банд, специализирующихся на шантаже, до огромных картелей, у которых есть связи во всем мире. Иерархия каморры такова, позволяет постоянно формировать новые группы: найди пять парней и открой себе дело. В Неаполе не имеют контактов с мафией только те, кто ничего не зарабатывают. Один из боссов однажды определил каморру так: бизнес, бизнес, ничего кроме бизнеса. Причем все мафиози живут в постоянном страхе за жизнь. Например, боссы одного крупного клана кружат вокруг земли на своей яхте и никогда не выходят на берег.
Здесь американского писателя Вашингтона Ирвинга обобрали до нитки, после чего юг ему стал не в радость, так как бандиты мерещились повсюду. Оптимисты знали, что впереди острова, где провинциальнее, безопаснее, тише. Они романтизировали неаполитанскую неряшливость, дерзость, лихость, грубость. Мережковский и Гумилев оставили несколько рифмованных строк о самом неблагополучном, но суперколоритном городе всеми любимой страны, согласившись с симпатиями путешествовавшего здесь ранее Гете: «Неаполь весел, свободен, оживлен, бесчисленное множество людей снует по улицам… каждый здесь живет в своего рода хмельном самозабвении». Нам повезло — с Неаполем нас заочно познакомил божественный сладкий голос Робертино Лоретти. В первой половине шестидесятых из всех окон доносилась нежная «Санта Лючия», которую знают все последующие поколения. Фантастически популярную песню перевели на русский язык, и стало понятно, что она про живописное местечко Санта-Лючия на берегу Неаполитанского залива. Лиричная мелодия не могла лгать — Неаполь представлялся лучезарным и душевным. Кстати, «Санта Лючия» впервые была записана великим неаполитанцем — Энрико Карузо, который большую часть жизни провел в Америке, популяризировав там итальянскую, в частности неаполитанскую, кухню.
Гордость неаполитанской кухни — пицца. Известно, что первую пиццу испекли в неаполитанском заведении под названием «Антика», которое расположено на улице Порт Альба, 18 и существует по сей день. В Неаполе готовят лучшую в мире «Маргариту», и здесь, как везде в Италии, можно вдоволь наесться пасты. Но главное достоинство неаполитанской кухни — изобилие обласканных южным солнцем овощей, трав и фруктов, а также свежих морепродуктов, коими традиционно богаты портовые города. Близость к морю определяет кулинарный дух ресторанов — здесь подают жареные свежие анчоусы, маринованные в соусе из уксуса, лаврового листа, чеснока и лука, вяленую треску, тушенную с оливковым маслом, чесноком, помидорами, черными оливками, изюмом, каперсами и кедровыми орешками, мидии, тушенные с лимоном, петрушкой и черным перцем, маленьких тушеных кальмаров с кедровыми орешками и черными оливками.
Третий по величине итальянский город стоит на западном склоне страшного горбатого вулкана Везувий, уничтожившего античные города Помпеи и Геркуланум. География определяет характер неаполитанцев — бурный, суетливый, рисковый, горячий, бесстрашный. Эти люди живут сегодняшним днем, потому что завтра все может превратиться в пепел. Будущее здесь никого не волнует — оттого изумительное итальянское барокко и рококо осыпается на глазах. Стены этого города имеют потрясающе разнообразную фактуру — неоднородные, шершавые, покрытые паутиной трещин и примитивными граффити. Конечно, туристические места презентабельны. На парадной Пьяцца Плебисцита стоит лощеный королевский дворец с неописуемой роскоши интерьерами и музеем, где выставлены работы таких мастеров, как Тициан, Гверчино, Андреа Ваккаро, Маттиа Прети, Спаньолетто, Массимо Станционе и Лука Джордано. В ста метрах от Пьяцца Плебисцита, напротив Сан-Карло, одного из самых пышных и старейших оперных театров Европы, располагается галерея Умберто I. Торговый пассаж с витражами и 56-метровым куполом был построен в подражание галерее Витторио Эммануэле в Милане в 1892 году.
Средневековые замки города держат форму и отказываются замечать суету портового города. Самый выдающийся из них — Кастель-дель-Ово — стоит на островке в центре бухты Неаполитанского залива. Куда волнительнее крепостных стен неаполитанская храмовая архитектура. Это церковь Святого Филиппа Нери с изящными тосканскими формами, собор Вознесения Богоматери с древнейшим в Западной Европе баптистерием, базилика Санта-Кьяра с клуатром, украшенным живописной майоликой. Неаполитанские сокровища, в отличие от флорентийских, римских или венецианских, изрядно запылились, но на них всегда играют блики южного солнца. Обойти все неаполитанские церкви с неметеным полом и кое-где облупившейся позолотой вряд ли удастся: город огромен и церквей в нем множество. Существует два способа узнать Неаполь. Первый — арендовать проворную «Веспу», сойти за своего и пробраться в самые потаенные уголки города. Второй — купить билет и прокатиться по маршрутам туристического автобуса, узнав о Неаполе только самое лучшее.
Почти каждая эпоха оставила в Неаполе свой след. Здесь можно проследить, как каждый из стилей зреет в своем предшественнике и растворяется в своем последователе. Домам, кажется, столь тесно, что они как будто выдохнули, только бы удержаться на том месте, где когда-то удалось втиснуться. Узкие мощеные улочки, гулкие прохладные дворы и темные подворотни — здесь невольно прижимаешь сумочку почти к подбородку, а рюкзак перевешиваешь на грудь — все-таки Неаполь, портовый город! Итальянский неореализм — он должен был родиться тут, раз уж Неаполь является родиной многих непременных атрибутов Италии. Трудно, правда, представить, что можно с точностью до градуса восстановить географические координаты места, где раскатали первую лепёшку и посыпали ее сыром, но говорят, что пицца появилась именно здесь. То же самое утверждают про спагетти. Достоверность этих фактов еще проверить бы надо, а вот жизнь, со всеми её прекрасными мелочами, вот она — протяни руку, прикоснись, открой объектив и снимай! Мельчайшие детали во всех их красноречивых смыслах, лица людей, тоскующих по «своему Феллини», короткие житейские сюжеты, рождающиеся по ходу и тут же уходящие в небытие…
Днём кажется, что все неаполитанцы не работают: улицы, площади, магазины и кафе переполнены праздно шатающимися, явно никуда не спешащими и явно не туристами, а «своими». Каждый второй (немного утрируя) — с собакой, собачкой или собачонкой. Серая шляпа с заломом или шелковая шейная косынка, трость — для пожилого неаполитанца предмет обязательный. Пусть видавшие виды, пусть говорящие о бедности своих владельцев сегодня, но намекающие о красивом «вчера». Ровно в 18:00 толпа мгновенно утраивается. Среди неформально одетых дневных гуляк появляются мужчины в деловых костюмах, элегантные женщины. Они окончательно заполняют дефицитное пространство тесного старого города и просто коротают свой вечер, стоя у кафе, сидя на лестницах и парапетах. О чем говорят? Увы, нам, жертвам вавилонской катастрофы, не понять!
Все площади заняты сценами, оборудуются мощной техникой — ожидаются именитые музыканты. А в подворотнях свой нелёгкий евро зарабатывают уличные музыканты: гитара, губная гармошка и аккордеон — самые популярные инструменты. Стоит дать монетку, артист прекращает играть и уходит от вашего столика к другому, а ты только прочистил горло и хотел подхватить: «О, Sole Mia»… Впрочем, тебе ничто не мешает, и ты поешь! В Неаполе это так естественно. Что-то осталось в этой шумной общинной жизни от Средневековья. Когда для простого человека границы бытия определялись границами видимого, рамки времени — настоящим моментом, радость — громким смехом, а чувство сопричастности — площадным действом. В общем, Неаполь — праздник, который не заканчивается. Карнавал, который не раз в году, как в досточтимой Венеции, а каждый день.
В Неаполь можно попасть тремя путями. Самолётом — тогда вы въедете в город с его окраин — не просто ничем не примечательных районов, а пугающих своей примитивностью и обезличенностью. Поездом (не знаем, не пробовали). И причаливая на белом круизном лайнере в порту Molo Beverello (не пробовали, но представляем себе), и сразу окажетесь в сердце старого города, почувствовав его умопомрачительную красоту и шумную круговерть.
Автор: Кристина Фадина, Ксения Карелина
