— Федор, вы родились и выросли на Красной Пресне, в сталинке, которую изначально получил в служебное пользование ваш прапрадед Николай Федорович Гамалея — известный врач и микробиолог. Мы все родом из детства, поэтому расскажите, каким оно было у вас?
— Мое детство — это катания на роликах вместе с братом и мамой, наши долгие летние прогулки от Пресни в сторону Пушкинской через Патриаршие пруды. Это музеи и бегущий маленький я после выставок прямиком в буфет. Это мультипликационная студия, в которую мы ходили с братом. Это музыкальная школа два раза в неделю после уроков (я играл на флейте, брат на пианино), это испанская школа в Столовом переулке, прогулки с бабушкой по Воробьевым горам и то, как она читает нам «Мастера и Маргариту» летом под соснами в Красновидове. Это Новодевичье кладбище, на котором мы наводим порядок каждое лето на могилах наших дедушек. А еще посещения художественной студии Михаила Лабазова (сейчас это ДЭЗ №5), где мы с братом придумываем и мастерим разные интересности от музыкальных шкатулок до плавательных аппаратов. Могу еще продолжать!
— С удовольствием послушаю, потому что вырисовывается очень теплая и душевная картина.
— Мое детство — это просмотр интересных редких фильмов, чтение книг, игры в компьютер, походы в гости и ночевки, дискотеки на горе в Коктебеле, Черное море. Это деревня, в которой мы проводили большую часть лета. Знаете, такая настоящая деревня с местными жителями, имеющими свою скотину и хозяйство. Игра в следопытов с папой на Мозжинке (дачный поселок Академии наук СССР). Это скейтбординг, бассейн, баскетбол. Детство — это большая семья, две собаки, две черепахи, одна кошка, чучело крокодила на шкафу, которое привез дедушка из командировки. Это семейные истории, уходящие корнями в прошлое. Я патриот Пресненского района. Часто вспоминаю, каким он был раньше, особенно булочную через дорогу, где всегда был свежий, теплый хлеб. Оторвать горбушку и съесть ее по пути домой — это ли не счастье? И абсолютное счастье, конечно, — это погулять во дворе с компанией, которую взрослые не очень любили, но общаться мне с ней никто не запрещал. Мы постоянно играли в коробке (футбольном поле) в «одно касание», «навес» или в «козла» в арке дома. Потом был период азартных игр. Это сотки (фишки). Ну и позже сотки заменились роликами, а в подростковом возрасте — скейтбордом. С появлением скейтборда мой «навигатор» сильно расширился, так как мест для катаний в то время было не так много. Мне нужны были ступени, через которые можно было бы прыгать, грани, по которым можно было бы скользить, и покрытие, по которому скейтборд мог беспроблемно катиться. Ради всего этого я ездил в парк Победы, а позже, после реконструкции Нового Арбата, с компанией катался только там.
— По вашей семье можно изучать летопись истории России! Какие чувства вызывает у вас ваша фамилия и есть ли особое ощущение ответственности от того, что вы ее носитель?
— Моя фамилия, Гамалея, — по маме. Родители приняли решение дать мне именно эту фамилию, чтобы продолжать род Гамалея. По отцовской линии я Радлов. Радловы — дворянский род, представители которого были астрономами, театральными режиссерами, художниками, историками и переводчиками. В детстве носить фамилию Гамалея для меня было некой данностью, которая воспринималась мною как что-то само собой разумеющееся. В подростковом возрасте — это максимализм и зачастую неадекватные требования к себе. Сейчас же это ответственность.
— Среди ваших далеких родственников — фрейлина Екатерины II, директор Императорской публичной библиотеки и сооснователь Санкт-Петербургского философского общества. Передавались ли вам семейные истории об именитых предках?
— В «большой комнате» нашей квартиры висели фотографии и рисованные портреты предков. И мама, и бабушка по линии папы Елизавета Федоровна Радлова часто рассказывали нам с братом про каждого именитого родственника. Сейчас вспомнилась история про Семена Ивановича Гамалея, основоположника масонской ложи «Девкалион» с Николаем Новиковым в 1782 году. Семена Ивановича прозвали «божьим человеком» после случая, когда его обокрал слуга на 500 рублей и бежал. Когда слугу поймали, то Гамалея сказал ему: «Видно, мне не суждено иметь людей; отпускаю тебя, и вот деньги, которые ты взял, ступай с Богом». Отлично помню истории про прапрадеда микробиолога Николая Федоровича Гамалея, проводившего эксперименты с пробными вакцинами от холеры, и про то, как он экспериментировал на самом себе, рискуя собственной жизнью. Большое впечатление на меня производила история про героизм моего дедушки Юлия Цезаревича, который решился во время экспедиции пройти реку, никем до этого не проходимую (именно там он и пропал без вести). Ну и вспоминаются семейные легенды о родоначальнике моей фамилии, которая исторически восходит к казаку Григорию Высоцкому. Гетман Хмельницкий направил его с дипломатической миссией в Стамбул. Тот произвел нужное впечатление на османский двор, и сам султан прозвал Высоцкого «Гамалея». Судя по всему, это прозвище произошло от турецкого «камаль» — «совершенный».
— Расскажите, правда ли, что вашей бабушке писал письма Иосиф Бродский?
— Это действительно правда. Лично мне читать эти письма не приходилось, а вот мой брат знаком с содержанием этой переписки.
— Как семья повлияла на ваше стремление к актерству?
— Истории о семье, которая определенно сыграла свою роль в выборе моего жизненного пути, еще не закончились! Дедушка по маме, Юлий Цезаревич, о котором я вам уже вскользь рассказал, с детства дружил с Марком Захаровым. Марк Анатольевич тоже жил на Красной Пресне. Я такими знакомствами через «двор» похвастаться не могу. А вот дедушка играл в спектаклях, ходил в театральную студию, занимался творчеством ради удовольствия, основная его деятельность была геология. Юлий Цезаревич писал стихи, которые до сих пор хранятся у нас, и, как думается мне, передал любовь к искусству во всех его проявлениях своим дочерям, в частности — моей маме. Она закончила театроведческий факультет ГИТИСа. Я же до последнего серьезно к профессии актера или режиссера не относился. В момент, когда моя работа меня погрузила в этот мир, все начало сильно и очень интересно меняться.
— Однако до того, как зрители увидели вас на киноэкране, вы сделали себе имя в модельной карьере.
— Эта профессия открыла мне нашу планету. Я много путешествовал, работал с разными людьми, имеющими разное мировоззрение, ментальность, ел очень разную еду, адаптировался к непривычным условиям и среде. Это невероятный опыт, помогающий смотреть на происходящее будто бы извне. Ситуация меняется, мир меняется, но одно остается незыблемым — работать в разных странах и путешествовать есть путь к здоровому мировосприятию. Наметил себе мечту побывать в Бутане, Австралии, Новой Зеландии. Тихонечко к ней двигаюсь.
— Путешествия часто меняют наше восприятие мира и себя в нем. А как опыт отца — роль, которая тоже требует глубокой внутренней работы, — влияет на ваше творчество и жизненные приоритеты?
— Наверное, эта роль родителя меняет человека, независимо от его профессии. Не скажу, что в моей актерской деятельности что-то кардинально изменилось — я начал сниматься в кино уже после рождения детей. Причем стал отцом довольно-таки рано по современным меркам. Сын скоро будет поступать в институт. Дочка вот-вот перейдет в старшие классы. Понимаю, что мне необходимо работать, чтобы помогать детям развиваться. Стараюсь и делаю многое для того, чтобы у нас с ними складывались доверительные отношения. Передаю им ценности, на которых сам воспитывался. Учу мыслить самостоятельно, не поддаваться мнению толпы и большинства, становиться личностью.
— В новом российском ремейке «Черная любовь» вы играете Кемаля — роль, которую в оригинале сыграл Бурак Озчивит. В одном из интервью вы отметили, что сознательно не смотрели турецкую версию, чтобы не копировать.
— Забавное совпадение: я играю Кемаля, а моя фамилия происходит от этого же слова! На пробы я шел и оригинальную версию сериала не смотрел. Мне хотелось предложить собственное видение персонажа. Главное опорой для меня стал сам сценарий и, соответственно события, в которые попадает мой герой. Сейчас, во время съемок, в событиях и сценах не так сложно запутаться. Поясню: мы можем снимать сегодня 15 сцен с моим участием — первая будет из девятой серии, вторая — из первой, где Матвей молодой, четвертая — из конца тринадцатой и так далее. Помнить, откуда и с чем персонаж Матвей входит в сцену, иногда становится настоящим расследованием, а переключение между возрастами героя для меня — это отдельное большое удовольствие. Для создания верного и более точного персонажа мне очень помогают режиссер проекта Сахат Дурсунов, который подсказывает, как мне выстроить более точную физику персонажа, а также шоуранер проекта Дарья Шелякина. Ее иногда кажущиеся совсем незначительными корректировки и уточнения вдруг открывают для меня персонажа и его внутренний мир совсем по-новому. Эти открытия озаряют, очень заряжают и добавляют азарта мне в сцене как актеру.
— В вашем портфолио есть еще один любопытный проект «Шальная императрица», который вот-вот выйдет в широкий прокат.
— Мы снимали этот проект в конце зимы — начале весны в Санкт-Петербурге. Мой любимый фильм о Питере — «Прогулка» Алексея Ефимовича Учителя, главные роли в котором сыграли Ирина Пегова, Павел Боршак и Евгений Цыганов. Смотрел я этот фильм раз десять. Очень его люблю за атмосферу и дух времени. И вот на пробы в новый проект меня зовет режиссер Радда Новикова. Съемки — в Питере. Императрица — Ирина Пегова, мне же досталась роль влюбленного в нее Потемкина. Роль мечты? Конечно, да! «Шальная императрица» — это современная приключенческая сказка с элементами комедии, наполненная теплом, уютом, любовью и чудесами, которые совсем рядом и которых иногда так не хватает в реальной жизни. Съемки проходили в невероятных исторических местах, с очень душевной по атмосфере съемочной группой, актерский ансамбль просто великолепный, за что отдельно хочется сказать спасибо режиссеру Радде Новиковой, нашедшей всех нас и собравшей нас вместе. Мы — это Ангелина Стречина, Зоя Бербер, Алиса Стасюк, которую я с радостью называю своей близкой подругой после этого проекта, Кирилл Зайцев, с которым мы уже до этого работали на съемках «Богатыря». Каждый участник съемочной группы вносил свое тепло в эту картину. Уверен, зритель это почувствует.
Беседовала Юлиана Новоселова
Фото: Анна Вакурина, Даша Майер
