Егор Корешков. Свободная натура

Его считают одним из самых перспективных актеров современного российского кинематографа, а режиссеры наперебой предлагают ему главные роли в своих картинах. Егор вдумчиво выбирает, потому что предпочитает избегать амплуа коварного соблазнителя или героя-любовника — чаще отдает предпочтение радикальным художникам, непонятым гениям и прочим персонажам с тонкой душевной организацией. В январе на платформе «Иви» выходит сериал «Оливье и роботы», где Корешков исполнил сразу семь ролей.
Егор Корешков. Свободная натура_foto

— Егор, в прошлом году вы исполнили несколько больших ролей в кино: сыграли наркобизнесмена в сериале «Химера» и персонажа Д-503 в фильме «Мы» по культовому роману Евгения Замятина. Этот год мы будем встречать новинкой «Оливье и роботы». Чем она интересна зрителю?

— Сериал знакомит с шестью историями о жизни в России в недалеком будущем и повествует о проблемах взаимодействия человека и развитых технологий. Почему технологии? Потому что они показывают нам человеческие изъяны. На самом деле, мне самому очень любопытно, что получилось в сериале «Оливье и роботы». Там я играю семь персонажей. Они клоны, и у каждого свой характер. Вся команда, создававшая этот кинопроект, проделала довольно трудоемкую работу, и уже в январе вы сможете ее оценить.  А еще любопытно, как получится сериал «Вторая линия». Изначально это радиоспектакль. В кадре — я один, все 8 серий. И здесь акцент на психологии героя. Жду выхода на экраны фильма «МЫ» по Замятину. Для меня эта работа — сбывшаяся детская мечта. Я оказался внутри этого романа, его главным героем — инженером Д-503, воспевающим жизнь в Едином Государстве, где у каждого — свой порядковый номер, униформа, стеклянный дом… В общем, сюжет известен тем, кто знаком с романом.

— Ваш персональный кинематографический список пестрит главными ролями. Однако в умах зрителей нет четкого амплуа, закрепившегося за актером Егором Корешковым. По-вашему, это скорее хороший знак для актера?

— Наверное, это успех, когда не существует некой цепочки однотипных образов, когда актер всегда разный. И мне очень приятно, что я способен удивить зрителя своей очередной ролью, что я не похож на себя или на предыдущего персонажа, когда-то сыгранного. Что касается популярности, то я уверен: однообразное амплуа ведет к большей запоминаемости. Увы, таковы законы кинематографа. Хотя популярность далеко не главное в профессии. Гораздо важнее, чтобы ты сам был хоть немного доволен собой в этой работе.

— А вы всегда довольны результатом своего исполнительского мастерства?

Одно дело — любовь зрителей, другое — критиков и совершенно третье — собственная оценка себя. На мой взгляд, актер всегда должен сомневаться и быть недостаточно довольным собой. К сожалению, в нашем кинопроизводстве очень часто утверждают на роль накануне съемок и не всегда дают заранее окончательный сценарий. Поэтому время, когда ты выполняешь основную часть своих профессиональных задач, у тебя буквально забирают еще на берегу. Разбора роли, ее анализа, проработки образа, присвоения выдуманного образа тебя лишают. Весь творческий процесс протекает буквально на съемочной площадке. Именно поэтому ты должен быть настроен на то, чтобы сделать невозможное. Держать в уме тысячу аспектов: характер, обстоятельства, события, партнеров, мизансцены, работу с реквизитом, время, выделенное на сцену, количество кадров и многое-многое другое. Я стараюсь в каждой своей роли придумать что-то новое для себя, открывать в себе и в материале неизвестные мне грани. И, безусловно, горжусь многими своими работами, независимо от жанра или формата. Зритель, в свою очередь, считывает роли на чувственном уровне. Мало кто задумывается о том, чего это стоило артисту — все судят по финальному результату. И это нормально. Поэтому на нас такая большая ответственность. Обидно за те картины, которые не вышли совсем, остались на полке или были изданы скомканно, без рекламы.

 

Егор Корешков. Свободная натура_foto

— Давайте представим: существует машина времени и вам предоставлена возможность попасть на мастер-класс по актерскому ремеслу к любому учителю. Кто бы им стал?

— Михаил Чехов. Думаю, что объяснять почему — только портить впечатление от ответа! Наверное, он единственный человек, у кого я хотел бы поучиться актерскому мастерству.

— И все-таки актерское ремесло требует теоретической базы, на одном таланте далеко не пробьешься, верно?

— Я уверен лишь в том, что без обучения ты не сумеешь овладеть мастерством. Конечно, сам процесс получения образования тоже не гарантирует, что ты научишься чему-либо. Но это уже персональные качества. По своему опыту скажу, что учеба в Московском институте культуры, а спустя некоторое время еще и в ГИТИСе мне многое дала. В институте действительно рассказывают о другом мире — его представляют идеальным, где режиссеры знают, про что снимать, как снимать или как ставить спектакли. Все в этом другом мире идейные. В реальной жизни ты сталкиваешься с конкуренцией, коррупцией, несправедливостью, непрофессионализмом, ленью… Однако база, которую ты получил в институте, — это стержень, с которым ты будешь делать этот мир лучше.

— Не по этой ли причине вы предпочли быть свободным художником и отказались служить в репертуарном театре?

Это был мой сознательный выбор. Я очень люблю театр и надеюсь, что когда-нибудь там поработаю еще. Актером или режиссером. Сейчас мне действительно ближе кино, возможно, потому что это сложнее. В кино бесконечное количество локаций, постоянная сменяемость историй, новые люди, новая энергия. А театр в какой-то момент стал существовать под девизом «Когда-нибудь мы сыграем этот спектакль идеально, может быть в следующий раз, давайте попробуем еще». И вот так и идет: сегодня получше, завтра похуже.

— Тем не менее вам хорошо знаком феномен «новой драмы», когда нужно быть одновременно и актером, и собой. Насколько это сложно и насколько это интересно зрителю?

Однажды я пришел в Театр.doc, занял свое место в зале, на сцене что-то происходило, и только примерно через 10 минут я понял, что действие уже вовсю идет. Настолько это было органично. Мой педагог Екатерина Гранитова часто шутила: «Актеры заговорили не своими голосами, значит, спектакль начался». Здесь же, в «новой драме», сделан акцент на раскрытии волнующих тем языком повседневным. Это, кстати, довольно сложная, хоть и базовая, актерская задача: подробное проживание настоящего в предлагаемых обстоятельствах. Я назвал бы это близким к реализму. Механизмы профессии везде одинаковые. Разница скорее в инструментарии «актерской кухни», в том или ином жанре. Правда, мне кажется, что «новая драма» уже себя изжила, потому что все скатилось в игру с формой. «Ничего не играть» стало нормой — актеры неслышно говорят, плохо двигаются. Я думаю, на смену придет новый этап, где важен будет настоящий профессионализм, а не шарлатанство, которого сейчас очень много повсюду.

— Сегодня модно бросаться словосочетанием «место силы». Его пытаются обнаружить для себя кто где…Не могу не поинтересоваться вашими любимыми точками на карте мира.

— Очень люблю Португалию. Местную еду, архитектуру, людей, невероятно мелодичный язык. В свое время я проехал на машине от Лиссабона через Порту практически до самой верхней точки страны и обратно уже другой дорогой. В один из дней запланировал посетить замок Буссако, но добрался до этой местности только к вечеру и понял, что заеду туда с утра, а сейчас нужна гостиница. Забронировал ближайший отель, заселился и только на следующий день понял, что проснулся в том самом замке! И сразу пошел осматривать владения. Еще люблю Исландию — фантастическое место, такое разнообразие природы. Мне посчастливилось проехать весь остров вокруг. Тоже на машине. Огромное количество водопадов: под одним можно пройти, другой идет каскадом, третий спрятался в скале. Водопад Dettifoss поражает своей природной мощью. Я попал туда в дождь, вода была темная — это одновременно и устрашало, и манило меня. Не сразу вспомнил, что в этом месте снимали часть фильма «Прометей» Ридли Скотта. Также удалось увидеть скалу-слона, термальные ванны, вулканические кратеры, гейзеры, северное сияние… Впечатлений столько, что хватит на всю жизнь.

— А в России где «подзаряжаете» свои батарейки?

— В Москве. Я здесь родился. И все детство прожил в Ясенево. Гуляли там с друзьями, ездили в соседние районы — Бутово, Битцевский парк, Теплый Стан. Тогда деревья были большими и МКАД можно было перебежать, как простую улицу. Потом я учился в школе на Спортивной и много времени проводил в тех окрестностях. Фрунзенская набережная, Лужники, Новодевичий. Потом был Педагогический колледж в Китай-городе, Армянский переулок, Чистые пруды. Затем Университет культуры в Химках. ГИТИС на Арбатской. Москва для меня с каждым годом раскрывается в новых подробностях. Это определенно мое место силы. Однажды, прожив два месяца в Риме, солнечном городе с вкусной едой, потрясающим искусством, парками, я тем не менее постоянно скучал по Родине. И, снова попав в Москву, наверное, месяц ходил по улицам, как завороженный. Радовался переменчивой погоде, людям, духу города. Я часто езжу гулять в Нескучный сад, Аптекарский огород, Делегатский парк, Екатерининский, Сад Баумана, Новодевичий монастырь, Дворец пионеров на Воробьевых. Музеи… Недавно случайно оказался в Доме русского зарубежья имени Александра Солженицына. Потрясающий музей! А вообще очень люблю просто слоняться по центру, разглядывать архитектуру. Москва полна удивительными уголками. Люблю этот город. Не могу без него.

 

Подписаться на рассылку

Чтобы оформить подписку заполните форму ниже
Автор: Юлиана Новоселова