Искусство, доступное каждому
Поп-арт — популярное, общедоступное искусство — возник после Второй мировой войны в Америке, переживавшей экономический подъем, где на передний план вышли такие явления, как СМИ, реклама, массовое потребление и массовые развлечения. В ответ на эти стимулы, а также в качестве оппозиции абстрактному экспрессионизму, разгулявшемуся в середине 50-х годов, в Нью-Йорке, городе, который стал мировой столицей современного искусства, появился поп-арт. Прославляя возникшие социальные феномены, художники создавали эффектные образы, задействуя темы и материалы, прежде не мыслимые в качестве составляющих произведений искусства, например фигуры знаменитостей, упаковочную бумагу, юмористические картинки из журналов, героев комиксов и телевидения — то, что, по их мнению, было доступно каждому. Апологетом поп-арта был Энди Уорхол.
Рисунки прикованного к постели
Он появился на свет в 1928 году в шахтерском городе Питтсбург в штате Пенсильвания и был младшим из троих сыновей в семье русинских иммигрантов. При рождении его звали Андрей Варгола. Его родители эмигрировали из села, находящегося на северо-востоке современной Словакии. Семья жила крайне бедно. Отец работал на угольной шахте, а мать, почти не владевшая английским, подрабатывала уборщицей. Однако трудолюбивому главе семьи удалось найти хорошо оплачиваемую работу в строительной компании, и, когда младшему сыну было шесть лет, он смог купить дом на Манхэттене рядом с приличной школой и греко-католической церковью, что было удобно для его семьи, чрезвычайно религиозной, — кстати, Энди Уорхол посещал церковь несколько раз в неделю всю жизнь. Некоторые исследователи его творчества полагают, что манера создавать повторяющиеся изображения обусловлена насмотренностью на иконы в церкви, в которых присутствует повторяемость, цикличность, серийность. Энди Уорхол рос сложно, был слабым, постоянно недомогал. В третьем классе он заболел хореей Сиденгама, или «пляской святого Витта», — неврологическим расстройством, которое стало осложнением после скарлатины. Его характерная черта — непроизвольные, отрывистые движения, которые человек не может контролировать. Из-за болезни мальчик больше года был прикован к постели — именно тогда от безделья и скуки, которые являются известным стимулом для творчества, Энди Уорхол начал активно рисовать, собирать фотографии знаменитостей и делать коллажи из газетных вырезок. Из-за болезни Энди Уорхол стал изгоем в школе. Одноклассники насмехались над его чахлой внешностью, плохим английским, комплексами и нелюдимостью. Однако в семье его любили, горячо поддерживая творческую инициативу мальчика. Когда ему было 13 лет, в результате несчастного случая на шахте погиб отец. Ответственность за благополучие Энди взял на себя его старший брат Джон, который направил доходы от сберегательных облигаций, отложенных отцом, на оплату первых двух лет обучения Энди в Технологическом институте Карнеги, а затем, трудясь на нескольких работах, покрыл и стоимость последних двух. Энди отучился по специальности «графический дизайн» и переехал в Нью-Йорк, где начал карьеру коммерческого иллюстратора в модном журнале «Харперс базар» и благодаря творческой оригинальности влился в богемную тусовку. Ему пришлось пересобрать себя, превратившись из застенчивого прыщавого юноши в личность, которая сама стала брендом.
Первый художественный опус
Работая в журнале, Энди Уорхол мечтал о настоящей славе и больших деньгах. Прорыв случился, когда ему было уже за 30, но и до этого времени он замечательно веселился, создавая всякого рода креатив. Так, в 1959 году Энди Уорхол совместно с дизайнером интерьеров и светской львицей Сьюзи Франкфурт выпустил самую эпатажную, забавную и, по сути, бессмысленную в истории гастрономии кулинарную книгу «Дикая малина». Дело было так. Однажды во время совместного похода в антикварный магазин друзья увидели солидную, несколько снобистскую, старинную французскую поваренную книгу и решили повеселиться, создав на нее карикатуру. Энди Уорхол увлекался кинематографом, а в это время в кинотеатрах показывали фильм Ингмара Бергмана «Дикая земляника», и будущий король поп-арта, излюбленными методами в искусстве которого были тиражирование, копирование, китч, ловко придумал название для их невинной кулинарной пародии — «Дикая малина». Сюзи Франкфурт взяла на себя составление рецептов, хотя совершенно не умела готовить. А Энди Уорхол сделал к ним уморительные иллюстрации. Энди Уорхол никогда не был гурманом — в гастрономии он обходился гамбургером и консервированным супом. В обыденной жизни к алкоголю был равнодушен — дорогое шампанское Dom Pérignon и красная икра на вечеринках не в счет. Главным для него всегда оставалось творчество. Так, не будучи любителем вина, он создал этикетку для легендарного вина Château Mouton Rothschild урожая 1975 года.
Идея на миллион долларов
Успех пришел к нему в 1960 году. Существует легенда, что однажды он обсуждал с владелицей галереи Мюриэл Латов, как добиться настоящей славы в мире искусства. Приятельница дала ему дельный совет: «Рисуй то, что любишь, и то, что знают все в Америке. Ты любишь суп Campbell’s. Нарисуй его». Надо сказать, что тогда консервированные концентрированные супы американского бренда Campbell Soup Company были популярны по всей стране. Предназначенные для быстрого приготовления, они служили основой для множества блюд: супов, соусов, запеканок. Энди Уорхол отправил Мюриэл Латов в супермаркет, она вернулась с 32 банками, купив весь ассортимент супов Campbell’s, который и изобразил художник на картине. За эту идею он заплатил Мюриэл Латов 50 долларов. Пользуясь методами рекламы — навязчивым повторением и однообразием, Энди Уорхол снова и снова создавал намеренно плоские, без плавных переходов цветов изображения банок с супом — только прерывистые черные линии передавали блеск металла. Вокруг нижнего края этикетки каждой банки он поставил печать с королевской геральдической лилией, которую наносил с помощью штампа, оставлявшего неравномерные оттиски, что выдавало ручное происхождение работы. Таким образом, Энди Уорхол сознательно сочетал механическую технику с небольшими ручными огрехами, чтобы подчеркнуть контраст между массовым производством и авторским почерком, стереотипами и оригинальностью, низким и высоким в искусстве. Когда он работал над «Банками с супом Кэмпбелл», к нему в мастерскую зашел арт-дилер Ирвин Блум. Увидев эту картину, он почувствовал волнение, понимая, что присутствует при рождении нового искусства. Ирвин Блум убедил Энди Уорхола продать ему эту работу за 1000 долларов, пообещав, что все 32 картины будут всегда вместе и он никогда их не разделит. А если он с ними расстанется, они окажутся в одном из лучших музеев Америки. В 2001 году Ирвин Блум продал «Банки с супом Кэмпбелл» Музею современного искусства в Нью-Йорке за 20 000 000 долларов.
Арт-производство Франкенштейна
В 1962 году трагическая смерть главного американского секс-символа, голливудской звезды Мэрилин Монро стала для Энди Уорхола мощным импульсом — он создал «Диптих Мэрилин», взяв за основу фотографию актрисы 1953 года, сделанную на съемках фильма «Ниагара» и упростив изображение: убрал мелкие детали, усилил контраст и приблизил его к стилю комиксов. Затем с помощью трафаретной печати (шелкографии) он перенес 50 одинаковых изображений на холст размером примерно два на три метра. Впоследствии в подобной технике он создал портреты многих знаменитостей. Начав зарабатывать на творчестве, в 1963 году от открыл арт-студию «Фабрика» в лофте на Манхэттене — интерьер был полностью выполнен в серебряном цвете. Время от времени локации «Фабрики» менялись, но сама она просуществовала до 1984 года. «Фабрика» прославилась не только как студия Энди Уорхола, но и как прибежище для художников, музыкантов, писателей и андеграундных фотографов. Энди Уорхол, не выпускавший из рук техники, — фотоаппарата, кинокамеры, магнитофона, который он называл своей женой — непрерывно производил контент, что явилось прообразом блогерства. На «Фабрике» постоянно проводили время знаменитости, идеей окружить себя которыми был одержим Энди Уорхол: Боб Дилан, Джим Моррисон, Мик Джаггер, Трумен Капоте, Сальвадор Дали и Аллен Гинзберг. Многие обитатели студии, которых Энди Уорхол называл «суперзвездами», были яркими, но маргинальными фигурами нью-йоркской сцены: Эди Седжвик, Нико, Кэнди Дарлинг, Ультрафиолет, Билли Нейм. В 1968 году одна из обитательниц «Фабрики» — Валери Соланас — радикальная феминистка с тяжелой судьбой, сомнительной биографией и нестабильной психикой, написавшая труд «Общество полного уничтожения мужчин», которая чем-то приглянулась Энди Уорхолу, снявшему ее в двух фильмах, заявилась на «Фабрику», нашла художника и трижды выстрелила в него. Энди Уорхол пережил клиническую смерть, но его спасли. В 1969 году Уорхол позировал для фотографа Ричарда Аведона. Эта фотосессия документально зафиксировала шрамы, пересекающие грудь и живот художника. Давать показания против арт-террористки на суде Энди Уорхол категорически отказался, и она отделалась тремя годами тюрьмы и принудительным лечением в психбольнице. Объяснение такого великодушия можно найти в книге художника «Философия Энди Уорхола (От А к Б и наоборот)», написанной в 1975 году, ряд глав которой создан в жанре диалога, где собеседница автора разоблачает его замысел: «Я думаю, что ты спродюсировал «Франкенштейна» только для того, чтобы использовать свои шрамы в рекламе. Ты заставил свои шрамы работать на тебя».
Автопортрет на фоне двойника
Он сам являлся арт-объектом. Он одевался в некую авторскую униформу — брюки, черная водолазка, кожаный пиджак — и носил парик из-за ранней алопеции. В «Философии Энди Уорхола (От А к Б и наоборот)» он описывает себя такими эпитетами: «унылая томность», «изможденная бледность», «шикарная ублюдочность», «детская, с жвачкой во рту, наивность», «доведенная до совершенства непохожесть на других», «географическая карта шрамов», «глаза с булавочную головку», «серые губы», «мягкие, растрепанные серебристо-белые волосы с металлическим отливом». Парики разных оттенков платины, ставшие частью его идентичности, помогали ему чувствовать себя увереннее, маскируя то, что он считал недостатками. В конце жизни Энди Уорхол даже начал относиться к своей коллекции париков как к произведениям искусства и сделал серию фотографий с ними. Он не только мифологизировал, но и мистифицировал себя. В 1967 году для участия в лекционном туре по университетам США, где предполагался показ его андеграундных фильмов и паблик-ток с аудиторией, он вместо себя отправил двойника, актера Алана Миджетта. Когда обман был раскрыт, руководство одураченных вузов вначале возмутилось, но после восприняло выходку художника как перформанс. Отвечая на вопрос журналистов о мотивах этого поступка, Энди Уорхол заявил, что это был способ исследовать, насколько реален и устойчив его публичный образ и насколько легко можно создать иллюзию присутствия знаменитости.
Коллекционный объект
В 1969 году Энди Уорхол начал выпускать журнал Interview, который позволял обычному читателю постичь частную жизнь знаменитостей. Журнал состоял из материалов о массовом и элитарном искусстве, светской жизни, моде и красоте, которые сопровождали оригинальные фотосессии. Энди Уорхол шутил, что решил выпускать журнал, чтобы получить доступ ко всем закрытым мероприятиям Нью-Йорка, где были его клиенты — заказчики и покупатели картин. Главная стилистическая особенность журнала — формат интервью звезд, когда одна из знаменитостей предстает в роли интервьюера, а вторая — в роли интервьюируемого. Записи расшифровывалась и практически не подвергались редактуре, что сохраняло эффект спонтанной разговорной речи. Обложки и фотосессии журнала претендовали на статус арт-объекта — Interview сотрудничал с величайшими фотографами века. В 2011 году появилась российская версия журнала, а спустя почти полвека после выхода в свет первого номера Interview, экземпляры которого Энди Уорхол раздавал случайным людям на улице, издание закрылось. Сегодня архив журнала остается ценным источником для исследователей поп-культуры и истории искусства XX века.
Энди Уорхол прожил всего 58 лет — сказалось неважное здоровье и осложнения после покушения. На момент кончины художника его состояние оценивалось в 600 миллионов долларов. В его последнем прибежище — таунхаусе на 66-й улице в Верхнем Ист-Сайде — была спрятана подлинная жизнь одинокой и одиозной поп-звезды, бесценный хлам жуткого барахольщика: личные вещи матери, которую он перевез в Нью-Йорк сразу после того, как купил жилье, и поселил подле себя, письмо художника Баскии, плюшевый мишка на кровати в спальне, кусок пиццы и банка супа Campbell’s на кухне. Энди Уорхол ничего не выбрасывал, предчувствуя, что в будущем его скарб может стать предметом коллекционирования. Когда его поклонники начали сражаться за покупку банок для печенья из квартиры художника, Sotheby’s и другие аукционные дома осознали, что ценность предмета может заключаться просто в том, кому он принадлежал.
