— Сергей, в одном из своих интервью вы сказали, что люди рождаются с «зерном юмора». Получается, это полезное жизненное качество не привить, не взрастить, не воспитать с детства, если такого зерна нет?
— Я считаю, что человек рождается с предрасположенностями, которые затем трансформируются в навыки и способности, и весь последующий жизненный путь — это поиск того, что у тебя лучше всего получается. Наблюдая за детьми, за их друзьями, легко заметить, кто на что заточен. Человек с юмором притягивает к себе других, он шутит, острит. Он более активен, питается вниманием. Но талант ли это? То есть я действительно считаю, что если в тебе нет искры, нет зерна юмора, ты вряд ли сможешь в 20 лет начать карьеру комика. Прослушивание классики стендапа не поможет. За юмор отвечают нейронные связи и оба полушария, сознательное и бессознательное. Поэтому рано почувствовать в себе талант шутить — круто. И еще круче — начать его развивать. Вопрос, скорее, генетический, в сильные преображения человека я не очень-то верю. Если хотите, юмор как мышца, которую можно качать, и тогда реально достигнуть пика своей формы. Проверил это на примере своей жизни.
— Стендапер Артур Чапарян, анализируя артистизм комиков, часто говорит о том, что есть просто от природы смешные люди. Например, Алексей Щербаков, ваш коллега по телеканалу.
— Есть, наверное. Но я насчет Леши вообще не согласен. Он не просто смешной, за этим стоит, во-первых, большая работа, во-вторых — он абсолютно осознанно направляет себя, идя в противовес любому мнению. Этому ходу сотни лет, но он все еще приносит свои результаты. Вопрос в том, умеет комик им пользоваться или нет, есть ли в нем такая сильная харизма, которая вызывает юмор на противодействии.
— Вы перестали выступать со скетчами, миниатюрами, ушли в кино, стали вести телепроекты, продюсировать, писать сценарии. Оглядываясь назад, можете сказать, для чего вам нужен был весь этот пройденный путь?
— Я понял, чего хочу. В большей степени хочу находиться за кулисами, хочу дирижировать, а не играть в оркестре, несмотря на то, что часто бываю первой скрипкой. Это был период осознанного созидания, который привел меня к творческому прорыву. И в первую очередь как продюсера и как сценариста. Наверное, это нужно было для того, чтобы накопить идеи, которые сейчас реализуются. Если говорить про новый проект «Беляковы в отпуске», то сценарий фильма был написан вообще не про Белякова из «Нашей Раши», он был про семью из Магнитогорска, обычных представителей сегодняшнего времени. Идее проекта «Звезды в Сибири» уже пять лет, она была придумана в тот момент, когда я по минимуму снимался и по максимуму думал про то, а чего вообще хочу. Сериал «Казачок», который стал лидером по рейтингу среди всех сериалов с начала года — это большая победа и радость нашей студии SVERDЛOVSK. У нас зрела мысль о том, чтобы создать хорошее детско-юношеское развлекательное кино, которого было много в нашем детстве. Кино, где помимо любви, дружбы и приключений есть абсолютно свой волшебный мир, в который ты с головой ныряешь, причем ныряешь всей семьей — с дедушкой и бабушкой, с родителями, младшими братьями и сестрами.
— Актриса Мария Горбань в интервью рассказывала о том, что, когда обсуждались съемки «Беляковых в отпуске», ваше актерское участие в проекте изначально не планировалось. Как вышло, что вы появились в картине, причем в главной роли?
— Действительно, мы провели кастинг, сделали пробы с актерами, некоторых даже утвердили, но как-то мироздание распорядилось по-другому. Проект был заморожен партнерской площадкой, но мы проект выкупили и пришли с ним на ТНТ. На телеканале все были в восторге от сценария и сказали, что точно хотят его поддержать, только с одним маленьким уточнением — я должен играть главную роль. На весах оказались моя внутренняя готовность сниматься и большой труд нескольких лет, а также тот факт, что наш сценарий дойдет до миллионов зрителей, принесет и позитив, и смыслы. Конечно, это перевесило. И я сказал руководству: «Если это единственное условие, то я согласен». Добавлю, что сути проекта это никак не помешало, даже наоборот — «Беляковых в отпуске» посмотрят как фанаты Сергея Юрьевича из «Нашей Раши», так и люди, которые вообще не знают о его существовании, например, молодежь. Они, придя в кинотеатр, с самого начала поймут все, что происходит, разделят чувства персонажей на экране.
— Сергей, почему вам так любопытен аспект российской глубинки? В нескольких картинах вы играете роли этаких простых деревенских парней, парней с рабочей окраины, продюсируете фильмы, действия в которых разворачиваются в провинциальном антураже.
— Ну, во-первых, мне это понятно. Я, как человек, рожденный в Свердловске, знаю, как живут простые люди в пятиэтажках, и у меня тоже было медленное поступательное движение через однокомнатную в трехкомнатную квартиру, и вот сейчас, к своему счастью, я живу за городом, на природе и в своем доме. Мне абсолютно понятны чувства людей, которые находятся за тысячи километров от столицы, да и столица состоит на 70 процентов из приезжих, которые иногда говорят, что они уже москвичи. Это вопрос корней — они-то не здесь, не в Москве, а мне проще говорить про свои корни.
— Как поменялся ваш родной город — каким он был в вашем детстве и каким стал сегодня? Сохраняет ли свою неповторимую атмосферу и облик?
— Город стал лучше. Помню, давал интервью лет, наверное, 10 назад, и на меня какая-то часть жителей даже обиделась — сказал фразу, что не очень люблю свой родной город за его архитектуру, но очень люблю за людей, которые там живут. Если смотреть правде в глаза, то в Екатеринбурге, начиная с моего детства, когда он был еще Свердловском, столько всего понамешано. Я могу понять любовь к местам, где ты живешь, когда каждый угол связан с какими-то чувствами: «здесь вот это произошло, вот тут мы гуляли». Но если объективно посмотреть на облик города, то в центре у нас были и бараки, и деревянные дома рядом со сталинками, потом появилась совсем дичь, в стиле барокко. Но повторюсь, наш город действительно становится лучше, за центр уже точно можно гордиться. И количество пешеходных улиц, красивых домов и отреставрированных особняков меня радует. И то, что жилищные комплексы возникают в удаленных районах, на мой взгляд, абсолютно правильно. Екатеринбург в нужном направлении идет, пускай не так быстро, как хотелось бы. Приезжая домой сейчас, я испытываю больше удовольствия, чем в моем юношестве. И мне хочется отдать дань родному городу — премьера «Беляковых в отпуске» случилась не в Москве и не где-то еще, а у нас, в Екатеринбурге. Для меня это важно. Это, кстати, непросто, ведь у нас за земляками очень пристально смотрят: «Ты наш, ты нас не позорь и Урал наш любимый тоже!»
— Если говорить не про рабочие поездки, как часто бываете в Екатеринбурге?
— Приезжаю, наверное, раз в полгода, и связь с городом у меня, безусловно, есть. В первую очередь это родня — мои родители, семья брата, много друзей, с которыми мы учились, вместе шли по жизни. Эта связь, слава богу, не нарушена. Не скажу, конечно, что я приезжаю и с утра до вечера брожу по улицам. В первую очередь провожу время с родителями, но бывают и вылазки, когда веселая карета с гармошкой в четыре утра громко проезжает по улице Челюскинцев. Бывало такое.
— А родителей в Москву перевезти не думали, поближе к себе?
— Мои родители говорят: «Урал — это наше, у нас тут все налажено, есть друзья, мы здесь все любим». Разговоры про переезд были, как только я загнездился в Москве. Но боюсь, что переезд в большей степени сломает родителей, чем подарит им новую жизнь. Более того, они были против переезда в новую квартиру в Екатеринбурге, и я понял, что единственный способ улучшить их жизнь — просто поставить их перед фактом. Поэтому купил им квартиру, сделал ремонт, повесил их свадебные фотографии и привел родителей в новый дом. Они, кстати, не знали, куда идут — я позвонил и сказал, что снял квартиру в новом комплексе вместо гостиницы. А когда мама с папой пришли ко мне, то признался, что эта квартира теперь их. Мама, конечно, растрогалась до слез. В итоге родители остались в своем же районе, переехали буквально на 500 метров от прежнего жилья. После этого у них появилась дача и круг замкнулся: летом дача, в холодное время — город. Для взрослого человека это вполне самодостаточный цикл.
— Ваша личная жизнь и профессиональная деятельность связана с переездами. Из Екатеринбурга в Москву, из Москвы — за город, а еще гастроли, путешествия… Есть ли вещи, с которыми вы не расстаетесь?
— Вспомните, чем были заняты наши балконы, разные ниши и шкафы? Родители ведь никогда ничего не выкидывают, думаю, тут многие поймут, о чем я. В какой-то момент своего детства я сделал для себя вывод — когда вырасту, так делать не буду. Все должно работать, либо, если не работает, вещь можно отдать, подарить. Правда, есть у меня полочка, где лежат старые открытки, бумажечки, какие-то неудавшиеся фотографии. Среди этих вещей можно отыскать кассеты VHS, диски, которые даже не на чем проиграть. Казалось бы, лежат ящики с ненужным, но оно связано с тобой и со временем, в котором ты жил, поэтому оно всегда со мной переезжает. Для того, чтобы через много лет все это перебрать и еще раз прочувствовать пережитое.
— Сергей, какие уголки на карте мира для вас особенно притягательны?
— Такие места есть. Их, как правило, несколько и они меняются в течение жизни. Раньше это была Юрмала, которую я очень любил, но в связи с геополитической ситуацией ездить туда стало невозможно. Что-то очень похожее мы с семьей нашли для себя в Тверской области, наверное, это сочетание реки и леса. Очень нравится Алтай. Уже лет 10 ездим туда каждый год. Что касается зарубежных направлений, то самое любимое место для нас — Таиланд. Вообще нравится Азия. Нам в этой части света очень комфортно — может быть, мы там жили когда-то, много веков назад. В общем, хорошо, чтобы места силы друг друга дополняли и если вдруг одно исчезает, то другое это компенсирует. Путешествовать и находить свои места вообще классно!
Фото: пресс-служба телеканала ТНТ
